«Мы сражались за жизнь…» | Заря над Бугом

«Мы сражались за жизнь…»

Стремительно летит время… Со дня вывода ограниченного контингента советских войск из Афганистана прошло уже 24 года. Что бы ни говорили сегодня об этой войне, нам всем дороги воины-«афганцы». Эти люди искренне верили, что находятся в той далекой стране ради правого дела. Они не изменили присяге, с честью выполнили свой долг

Общественную организацию «Белорусский союз ветеранов войны в Афганистане» в нашем районе возглавляет воин-интернационалист, подполковник в отставке Анатолий Емельянов. Сфера деятельности объединения весьма широка: оказание разносторонней помощи воинам-интернационалистам, защита их прав и законных интересов; поддержка матерей и вдов погибших военнослужащих; военно-патриотическая работа с молодежью, пропаганда воинских традиций…

В афганском пекле оказались и 119 человек из Прибужья. К сожаленью, живыми домой вернулись не все…

Старший лейтенант Юрий Харитончик, наш земляк, погиб в апреле 1986-го. Было ему всего 24 года. В тот день он был назначен сопровождающим колонны. Бронетранспортер подорвался на мине. Погибли трое военнослужащих, в том числе и Юрий Викторович. Посмертно он был награжден орденом Красной Звезды… В деревне Клейники живет его мама — Чеслава Людвиговна.

А в Тельмах живет Анна Лукьяновна Друженя. Ее сын — прапорщик Александр Друженя — тоже погиб в Афганистане. Похоронен он в Пружанском районе…

В Чернях возвышается памятник воинам-интернационалистам. Ежегодно там проходит митинг, возлагаются цветы…

Афганская война… Тяжело, очень тяжело писать на эту тему. Сердце обливается кровью, а душа разрывается от боли. В народе эту затяжную войну не без оснований считали страшным детищем политических игрищ и амбиций. Однако выводы пусть делают историки, политологи, социологи и другие специалисты. Мы же хотим предложить вниманию читателя реальную историю, рассказанную капитаном Валерием Мальцевым — командиром разведывательно-десантной роты. В ней нет глянцевой красоты и эффектности кинобоевиков, но она позволит ощутить дыхание тех далеких дней. Итак, слово — офицеру.

*  *  *

В Афганистане я находился с декабря 1980-го по декабрь 1982-го. Время было сложное. Моджахеды уже воевали прилично, наши еще пытались воевать, как на учениях в Венгрии или Польше. То есть проводились большие операции, о которых повстанцы узнавали задолго до их начала…

Однако уже тогда в штабах видели, что мы втянуты в партизанскую войну. Поэтому искали противодействие. И быстро нашли. В тот период наиболее успешно громили мятежников разведывательные части и подразделения. В условиях сложнейшего рельефа, который не позволял развернуться наземным войскам и ограничивал применение тяжелой боевой техники, моджахедов стали бить их же оружием. Небольшие, хорошо подготовленные и очень мобильные группы разведчиков были «силами быстрого реагирования», накапливали ценнейший опыт и с каждым днем воевали против «духов» все лучше…

В разведроте, которой я командовал, было около шестидесяти бойцов. Стояли мы в Кундузе, а работали по всей Кундузской долине и за ее пределами. За ночь по горам проходили, в среднем, от 10 до 20 километров…

За операции против «бандформирований» я был награжден орденами Красного Знамени и Красной Звезды. Могу рассказать одну историю.

Дело было в мае 1982-го. Юго-восточнее Кундуза, в районе одного из местных ущелий, неоднократно наблюдались «духи». И командование поставило задачу организовать там засаду. Причем немедленно. А у меня людей — кот наплакал. Два взвода спецразведки были задействованы на других операциях. В общем, насобирал я пятнадцать бойцов.

Лезть в ущелье днем — безумие. Тем не менее, мы двинулись туда на БТР — приказ есть приказ. Но идти вглубь не стали. Расположились в долине, выставили боевое охранение. Отдохнули до темноты.

Потом завели бронетранспортер и потихоньку, на малых оборотах, с выключенными фарами, вошли в ущелье. Огляделись. Было примерно два часа ночи…

Вдали виднеются огоньки. Оставив механика-водителя, старшего пулеметчика и еще пару человек у машины, быстро идем дальше. Комендантский час давно закончился. А значит, возиться здесь в такое время могут только «духи».

Впереди — кишлак. В темноте горят фары машин. Кто-то мигает фонарями. Все понятно. Это «духовский» пост…

Ночной бой в кишлаке мне не нужен. Мятежники тут ориентируются лучше нас. Решаю дождаться их на дороге. До рассвета они должны сняться, ведь днем тут летают наши вертолеты…

Так оно и вышло. В четыре утра «духи», наконец, помолились, завели транспорт и начали выезжать из кишлака. Пост впереди мы уже «почистили». Бесшумно, ножами, убрали двух сторожей.

Когда колонна подошла, мы ударили из засады. Сразу прижали их автоматным огнем к каменной стене. Через пятнадцать минут банды не стало. Мы уничтожили 38 «духов». Захватили два ГАЗ-66 с минометами, 3 гранатомета РПГ-7, множество мин и боеприпасов… Сработали предельно чисто — без потерь.

Вот так мы воевали в Афгане. Много было разных ситуаций. Всего не расскажешь. Да и не нужно, наверное… Война — это грязь и смерть. Мы же сражались  за жизнь. В этом я и сегодня совершенно уверен.

*  *  *

Ни одна армия мира не будет по-настоящему сильной, если у ее солдат и полководцев нет духовно-нравственной опоры и кодекса чести и отваги. Ветераны войны в Афганистане — люди с уникальным боевым опытом, хранители традиций воинского братства и верности своему долгу. Сегодня их по праву называют преемниками старшего поколения воинов, сражавшихся во время Второй мировой войны. Они доказали, что достойны их славы. И что на нашей прекрасной земле рождаются и мужают настоящие Герои.

Александр ЯРМОШУК

 

 

Похожие новости

Create Account



Log In Your Account



Заказать звонок
+
Жду звонка!