Партизанская сага Григория Пархоца | Заря над Бугом
Партизанская сага  Григория Пархоца

Партизанская сага Григория Пархоца

В первый день августа Григорию Фомичу Пархоцу из Мухавца исполнится  93 года. Несмотря на столь почтенный возраст, ветеран не растерял своего оптимизма. Даже в рассказ о своей партизанской юности, полной лишений и смертельной опасности, он то и дело вставляет смешное словцо.

Когда немцы вероломно напали на Советский Союз, Григорий Пархоц завершал фабрично-заводское обучение в Гайновском районе и готовился ехать на отработку в  Уфу, на химзавод. Но война перечеркнула все планы 17-летнего парня. Училище было закрыто, а учащимся ничего не оставалось, как отправиться восвояси. Дом Григория находился в д. Лозы, там жили его родители и братья — Сергей и Степан. Неблизкий путь до города над Бугом ему предстояло преодолеть пешком. Шел в одной группе с уроженцами Брестского района, запомнилось, что среди них были Садко, Рабчук и Срамук из д. Заболотье. Первых немецких солдат школяры увидели в Каменецком  районе. Гитлеровцы их не тронули, видя что те в форменной одежде училища и безоружные.

А тем временем на оккупированных землях устанавливался «новый порядок». Для удовлетворения нужд вермахта местное население обложили налогами. На службу рейху была поставлена работа промышленных предприятий, трудоспособное население угоняли в Германию, где людей ждал рабский труд.

«У немцев с местными был один разговор: что не так – пуля в лоб, – говорит ветеран. – Податок не сдаешь, готовься к расправе. Местная молодежь ходила работать на немцев – в лесничество, на станцию, чтоб не погнали в Германию».

В семье Пархоцев было трое крепких парней, да и отец был довольно молодым, и чтобы избежать участи стать «остарбайтерами», членам семьи пришлось разделиться. Григорий перешел жить в семью дядьки Марко по матери – в соседнюю деревню Семисосны. Тот имел большое хозяйство, но был бездетным, а потому очень нуждался в помощнике. К племяннику относился как к родному сыну. Да только тот был не из тех, кто любил отсиживаться у печки. Уже в самом начале войны Григорий Пархоц стал партизанским связным. Резал провода связи на столбах, прокладывал путь для подрывников. В 1942 году примкнул к партизанскому отряду имени Чернака  – одному из первых на Брестчине. С собой принес 12 винтовок и один пулемет, которые нашел в лесу, за д. Лозы, где до войны стояла рота советских солдат.

Ветеран вспоминает, что стоянка партизан находилась в районе деревень Антоново, Звозы, Лясовец, Малиновка ныне Малоритского района. В лагере были не только местные жители, но и выходцы из Украины, России, с Кавказа – военнослужащие, присоединившиеся к партизанскому  движению.

Командиром подразделения был казах Нурум Садыков – веселый, славный парень, но во время операций он становился жестким и решительным. К сожалению, встретиться с  прославленным создателем партизанского  отряда моему герою так и не довелось: Михаил Чернак погиб в мае 1943 года.

Народные мстители вели активную боевую деятельность, участвовали в «рельсовой войне», громили врага на территории нескольких районов Брестчины и соседней Украины. В партизанах Григорий Пархоц стал пулеметчиком. Он и спустя десятилетия помнит, как был устроен его ручной пулемет Дегтярева, но говорить о том, как приходилось стрелять по живым людям, даже если это и были фашисты, гестаповцы, ветеран не может без слез: «Если я его не убью, он меня убьет. Про смерть тогда никто не думал. Шли на задание, и всё». 

Однажды партизанам поступила задача: сопровождать по своей территории отряд поляков имени Ванды Василевской. В нем было почти 600 человек – женщины, мужчины, дети, они бежали от бандеровцев через Беларусь. Григорий Фомич повел поляков потаенными, лесными тропками – через Лозы до железной дороги, и прямо под носом у немцев те смогли проскочить за Буг.

Еще одной напастью в то тяжелое время были венгры, или мадьяры, как их называли местные, – прислужники рейха. Они охраняли железную дорогу и доставляли немало хлопот партизанам. В начале 44-го года на рассвете мадьяры окружили Семисосны. К несчастью, в этой деревне находились товарищи Григория – опытный  вояка грузин Степка и молодой паренек из Франополя Ванька Понеслась, его мать и отца расстреляли немцы. Ванька часто ходил на хутор к дочке лесничего — Оле. И в тот раз он возвращался со свидания, да попал в руки прямо к мадьярам.

«Все бы обошлось, если бы они тихонько выбрались из села и не открыли огонь, – говорит ветеран. – Степку убили, а Ванька был сильно ранен и чтоб не попасть в руки к врагу, застрелился. Позже партизаны забрали их тела и похоронили в Антоново, где находилось партизанское кладбище, потом его перенесли в Великориту. Мы трое были в другом месте — Ванька Саратовский, Золотой и я.  Потом немцы в отместку спалили несколько хат в Семисоснах».

С болью в голосе вспоминает он о своем товарище – высоком красавце Миколе, которого все звали Полтава, потому что родом был из этого города. У него всегда в запасе имелась шутка-прибаутка, с Григорием Фомичем он быстро сошелся характерами – оба по натуре были весельчаками. Да только не суждено Миколе было снова оказаться в родных краях – в 44-м он погиб при переправе. Спустя годы к Григорию Фомичу в Мухавец приехала сестра украинца. В газете «Во славу Родине» он прочел объявление, в котором она просила отозваться тех, кто воевал с ее братом, и сразу же связался по указанным адресам.

Но было на войне место не только смерти и трагедиям. «А вы знаете, как Фэлька немца поборола?» — спрашивает меня Григорий Фомич, и на мой отрицательный ответ тут же рассказывает историю, которая в местных кругах стала своего рода легендой.

Фэлька была дородной, храброй девицей, ее мужа еще в 40-м году забрали в армию, а оттуда он пошел на фронт. Вместе с будущей женой Григория Пархоца она ходила бить камни на станцию. Как-то в минуту передышки Фэлька похвалилась надзирателю: «Приведите мне любого немца, я его поборю». Тот посмеялся, переговорил со своими и привел холеного, статного фрица, а с ними пришли другие немцы, чтоб поразвлечься. Освободили место для боя и показывают ей — «Приступай!». А она им говорит: «Хорошо, если ваш немец меня поборет, а если я его? Ведь он меня расстреляет». Но гитлеровцы пообещали не трогать ее в случае победы. Тогда Фэлька смело подошла к фашисту, обхватила его своими крепкими руками и бросила через бедро. «Зрители» со смеху похватались за животы, со всех сторон послышалось: «Гуд, гуд!». Фэлька и во второй раз поборола немца, и в третий. Гогот стоял невыносимый, вот только ее противнику было не до смеха. Он стоял весь красный, видно, стыдно было перед товарищами, что его обошла простая баба. На другой день Фэлька побоялась идти на станцию и осталась дома. Но за ней немцы послали женщину, та передала, чтобы Фэлька без страха шла на работу – договор они не нарушат. И действительно, сдержали слово.

…Когда в 1944 году советская армия с освободительными боями пришла в Беларусь, партизанские отряды стали расформировывать. Одни народные мстители отправлялись освобождать Европу, другие – в тыл. Григорий Пархоц до 1947 года охранял административные здания и заключенных в Бресте. Потом поступил на военный склад, где 38 лет отработал начальником караула.

Следует сказать, что Бог миловал не только Григория Пархоца, но и всю его семью. Его родные живыми-здоровыми встречали Победу. Это было большой редкостью, знакомые даже завидовали их счастью. У Григория Фомича за всю войну не было ни одного серьезного ранения, и он уверен, что в этом заслуга его матери. Она была очень верующей женщиной, и каждый день молилась за всех своих сыновей. 

Сполна отдав долг Родине в послевоенное время, Григорий решил, что пора уже подумать о себе и жениться. Из этого тоже получилась забавная история: «Как я женился? Никто не хотел замуж идти – то военный, то НКВДист, говорят. Одна в Семисоснах уже было согласилась, да через неделю дала отказ. Потом то же самое в Заболотье. Жену нашел в Заслучно, а познакомился с ней в Семисоснах – она приходила к своей тетке, помогала по хозяйству. Настя согласилась пойти за меня, долго не думала». С Анастасией Дмитриевной ветеран прожил душа в душу много лет. Сначала их дом находился в Семисоснах, потом переехали в Мухавец. У Григория Фомича две дочери, четверо внуков, четверо правнуков и одна праправнучка. Глядя на них, ветеран понимает, что это и есть то будущее, ради которого добывалась Великая Победа.   

Алеся ПАШКЕВИЧ

Фото автора

Похожие новости

Create Account



Log In Your Account



Заказать звонок
+
Жду звонка!