Судьбы в пламени войны | Заря над Бугом

Судьбы в пламени войны

Для нашей страны, для белорусского народа одним из величайших и, безусловно, судьбоносных исторических событий является избавление от гитлеровского нацизма в годы Великой Отечественной войны. В результате масштабной наступательной операции «Багратион» в июле 1944 года территория республики была окончательно очищена от фашистской нечисти. Главную юбилейную дату – 70-летие освобождения  страны от немецко-фашистских захватчиков нам еще предстоит отпраздновать. Но победное шествие Красной Армии-освободительницы по исстрадавшейся белорусской земле началось еще осенью 1943 года. «Заря над Бугом» начинает публикацию материалов, посвященных этой славной дате, основа, фундамент которой ковался уже с первых дней отражения удара гитлеровской армады у стен Брестской крепости…

Полковник КГБ в отставке Алексей Кривошеин родился в селе Муратово Рязанской области. Окончил Ленинградское дважды Краснознаменное высшее общевойсковое командное училище и школу КГБ СССР. Служил в воинских гарнизонах различных советских республик, а также Монголии, Германии. В период ликвидации последствий катастрофы на Чернобыльской АЭС возглавлял органы военной контрразведки КГБ СССР в потерпевшей зоне и написал об этом периоде книгу «Сразу после Чернобыля. Записки военного контрразведчика»

А недавно на российском канале «ТВ 3» прошел премьерный показ документального фильма «Убить генсека», раскрывающего новые детали и обстоятельства покушения на Л.И. Брежнева 21 января 1969 года. В съемках этого фильма принимал участие и нынешний брестчанин Алексей Кривошеин — в качестве одного из главных комментаторов событий того рокового дня. В ту пору он, будучи молодым капитаном, работал в особом отделе Комитета госбезопасности по Ленинградскому военному округу и вскоре после выстрелов В. Ильина в машину с космонавтами, ошибочно принятую за ту, в которой ехал в кортеже Л.И. Брежнев, был включен в оперативную группу по расследованию этого громкого дела. Съемочная группа российского телевидения, приезжавшая в Брест, засняла четырехчасовую беседу с Алексеем Кривошеиным…

Поиск начался с очерка

Первая наша встреча с Алексеем Захаровичем состоялась, когда он принес в редакцию Брестской областной газеты «Народная трыбуна», где я тогда работал главным редактором, очерк «Фронтовая судьба контрразведчика». И рассказал о том, что учитель одной из волгоградских школ вместе с учениками на месте былых боев обнаружил солдатскую фляжку с предсмертной запиской командира артиллерийского орудия сержанта Сергея Ануфриева.

Ныне она экспонируется в музее Брестской крепости, — поведал Кривошеин. — Но посетители и не догадываются, что в первые месяцы войны Ануфриев был офицером, военным контрразведчиком особого отдела 6-й стрелковой дивизии. Его жена Ефросинья Титовна, оставшись с малолетними детьми в оккупированном Бресте, оказывала посильную помощь прибужским партизанам… Жизненная одиссея семьи Ануфриевых и послужила рождению в газете рубрики «Контрразведчики. Судьбы в пламени войны».

После опубликования очерка в редакцию обратился с письмом тогдашний начальник отдела военной контрразведки КГБ РБ по Брестскому гарнизону полковник Н.Н. Трушко, в котором, в частности, сообщал: «Насколько нам известно, это первая публикация в периодической печати Брестчины о военных контрразведчиках гарнизона. Автор — Алексей Кривошеин — в 1970-е годы возглавлял особый отдел КГБ СССР по Брестскому гарнизону. На протяжении ряда лет он занимался поиском материалов о контрразведчиках 6-й и 42-й стрелковых дивизий, которые вместе с воинами Красной Армии 22 июня 1941 года первыми вступили в бой с фашистскими захватчиками в городе Бресте и его героической крепости. Это не единственный материал, который имеет коллега, и мы надеемся на продолжение публикаций о контрразведчиках Брестского гарнизона фронтовых времен…»

Очередной очерк, озаглавленный Алексеем Кривошеиным «Непокоренный», напомнил вывод, к которому пришли герои романа Жюля Верна «Дети капитана Гранта»: найденные бутылки часто содержат важные документы…

А произошло это в деревне Чижевичи, что в Брестском районе. Колхозные строители, разбиравшие полуразвалившийся хуторской сарай, случайно наткнулись на какую-то замшелую бутылку. Очищая от грязи и пыли, заметили внутри нее какие-то бумажки. Осторожно, стараясь не порвать, они извлекли совсем маленькие, по размеру не больше спичечного коробка, пожелтевшие листочки с фамилиями и адресами.

Один из строителей, с трудом разбирая текст, стал их зачитывать. Когда прозвучало «лейтенант Подоляк Алексей Данилович», кто-то из присутствующих воскликнул:

— Да это мой знакомый! Мы с ним в здешних местах партизанили.

— Наверное, погиб? — спросил стоящий рядом.

— Нет, он живет в Бресте. Стал даже каким-то начальником…

Как выяснилось,  эта находка пролежала в хуторском сарае с далекого 1941-го года.

А было все так.

Теплым субботним июньским вечером, когда рабочий день был уже позади, молодые сотрудники Брестского управления  НКВД прогуливались вдоль Мухавца. Любуясь водной гладью, буйными зарослями на противоположном берегу реки, они то и дело возвращались к тревожной теме нависшей над страной угрозы. Но сегодня они встретились не только ради этого.

Назавтра по плану партийной организации им предстояло выехать с семьями на отдых, на природу. Вот и обсуждали, кто и что должен взять с собой.

В тот вечер никто из них не знал, что завтра никакого выезда не будет.

Не знали они и того, что между субботним вечером и воскресным утром проляжет черная черта, которая разделит эти дни и их судьбы на «до войны» и на «войну». Не знали они и о том, что с большинством товарищей видятся в последний раз. Кто-то из них завтра, защищая Прибужье, падет смертью храбрых. Ничего этого не знал и сотрудник первого спецотдела Брестского управления НКВД лейтенант Алексей Подоляк…

Боевые подвиги тех огненных лет Алексея Даниловича были отмечены орденом Красного Знамени и медалью «Партизан Отечественной войны» 1-й степени.

Окончилась война. Алексей Подоляк перешел на работу в сферу торговли и общественного питания и вплоть до ухода на пенсию занимал там ответственные должности, с 1951 по 1968 год работал директором ресторана станции Брест-Центральный. Трудовые заслуги А.Д. Подоляка отмечены орденом «Знак Почета» с присвоением ему звания «Заслуженный работник торговли и общественного питания».

Алексей Данилович все послевоенные годы не переставал думать о судьбах боевых друзей. Однако долгое время ему не удавалось выйти на их след. Но вот в 1961 году в деревне Чижевичи была найдена бутылка с заветным списком… Вскоре он оказался у Алексея Даниловича.

Полетели письма и запросы в разные концы Советского Союза – в министерства и ведомства, в военкоматы и музеи…

Алексей Захарович — человек скромный. Но после письма полковника Н.Н. Трушко удалось прояснить многие детали его многолетнего труда по розыску контрразведчиков, встретивших войну в Бресте.

— Появилось множество статей, личных воспоминаний участников обороны крепости, массовыми тиражами изданы книги и брошюры, — говорит он. — Тем не менее на мраморных плитах крепостного некрополя все еще читаем «Неизвестный». Только среди бойцов 132-го отдельного батальона внутренних войск НКВД, героически сражавшихся с фашистами, судьба 125 воинов до сих пор остается неизвестной. В том я убедился сам, когда в июне 1976 года по службе меня перевели в Брест. Мой приезд совпал с торжествами, посвященными 35-й годовщине начала обороны Брестской крепости. Первое, что сразу же сделал после торжеств — побывал на мемориальном комплексе «Брестская крепость-герой». После этого стал искать и знакомиться с тем, что связано с обороной цитадели.

В книге Сергея Смирнова «Брестская крепость» мое внимание привлекла одна фраза: «В Бресте шли бои. Регулярных войск в городе не было. Дрались около тюрьмы, за рекой Мухавец, в здании областного управления НКВД…» Однако меня интересовали судьбы сугубо военных контрразведчиков. Лишь в книге генерал-полковника Л.М. Сандалова «Пережитое» встретил ссылку автора на интервью бывшего начальника штаба 4-й немецкой армии генерала Блюментрита английскому историку Лиддел Гарту: «Начальная битва в июне 1941 года впервые показала нам Красную Армию. Наши потери доходили до пятидесяти процентов. ОГПУ и женский батальон защищали старую крепость в Бресте… до последнего, несмотря на тяжелые бомбежки».

Насчет женского батальона Блюментрит, конечно же, ошибался. Подобных батальонов ни в крепости, ни вообще в Красной Армии не было. Нет их и сейчас — ни в российской, ни в белорусской армиях. В крепости находились лишь жены офицеров да дежурный медперсонал военного госпиталя. А вот в отношении батальона ОГПУ был прав. В крепости дислоцировался 132-й отдельный батальон внутренних войск, только не ОГПУ, а НКВД (ОГПУ в июле 1934 года было преобразовано в ГУГБ, вошедшее в состав НКВД СССР). Этот батальон был переведен в Брест в апреле 1940 года. 2-я и 3-я роты, а также спецподразделения разместились на первом и втором этажах казармы, между Холмскими и Тереспольскими воротами. Два взвода находились в Кобрине, один — в Пружанах и три — в Пинске. По состоянию на 21 июня 1941 года непосредственно в расположении батальона были бойцы двух рот, автомобильного и хозяйственного взводов. На котловом довольствии числилось 93 человека. На вечерней поверке, согласно строевой записке, значилось 72 человека. Остальные находились в командировках или несли караульную службу.

Ростислав ПРОТАСЕВИЧ

(Продолжение следует)

 

Похожие новости

Create Account



Log In Your Account



Заказать звонок
+
Жду звонка!