Загадка Чилеевской заставы | Заря над Бугом

Загадка Чилеевской заставы

Прошло 73 года, как белорусская земля очистилась от немецко-фашистских захватчиков, но отзвуки войны не утихли. Воспоминания о ней по сей день тревожат души ветеранов, не дают покоя тем, чьи родные находятся в списках без вести пропавших, кто не имеет возможности поклониться праху своих отцов, дедов и прадедов, отдавших жизни за будущее своей страны. До сих пор остается открытым вопрос и о братском воинском захоронении пограничников Чилеевской заставы.

На публикацию «От Кяхты до Чилеево», в которой внук капитана Гриненко обратился к жителям нашего района с просьбой поделиться информацией, связанной с братской могилой в Чилеево, откликнулась председатель ветеранской организации Мотыкальского сельсовета и краевед Лидия Зинькова. У Лидии Александровны, посвятившей не один десяток лет изучению истории родного края, есть своя версия того, где находятся останки защитников 5-й заставы:

— Поскольку я живу в Мотыкалах, меня интересовала судьба комендатуры и резервной погранзаставы 17-го погранотряда, которые на начало войны располагались в нашей деревне. Мне не давал покоя вопрос, почему здесь не было организовано оборонительных действий. Пролить свет на него помогла книга Владимира Тыльца «Граница 41», где довольно подробно показана боевая деятельность подразделений, частей и соединений погранвойск Белорусского пограничного округа в первые дни и месяцы Великой Отечественной войны. Как выяснилось, резервная застава до начала войны убыла на 7-ю заставу, в Непли. Еще 25 пограничников – взвод связи и группа отделения тыла комендатуры во главе с лейтенантами Кузнецовым и Побожаевым – были отправлены на 5-ю заставу. Вместе с ними в Чилеево прибыли начальник 1-го отделения штаба отряда капитан Гриненко и инструктор отдела политпропаганды отряда старший политрук Гречухин. Командование погранотряда прекрасно осознавало всю важность участка, на котором располагалась эта застава. Она охраняла границу по реке Западный Буг, где было несколько бродов, также в километре от нее проходила старая «варшавка» — шоссе Янув-Подляски — Жабинка. Кроме того, имелись разведданные о сосредоточении немецких войск на противоположном берегу Западного Буга. Потому были предприняты меры по укреплению 5-й заставы. Еще в конце мая 1941 года в район Чилеево – Чижевичи – Жабинка прибыл 3-й батальон 125-го стрелкового полка 6-й дивизии. Всего на заставе с учетом усиления было собрано более 100 человек. 21 июня бойцы рыли окопы и устанавливали оборонительные сооружения, а уже на следующий день, в предрассветный час началась бомбежка, и немцы перешли в наступление. Единственным препятствием на их пути стала Чилеевская застава.

Командование обороняющимися как старший по должности и по званию принял  капитан Гриненко. Под началом Семена Максимовича пограничники встретили врага пулеметным огнем и сумели отбить первую атаку, однако сам капитан во время боя погиб. После этого командование взял на себя лейтенант Богомаз — начальник Чилеевской погранзаставы. Последующие атаки и героическое сопротивление пограничников буквально по часам описаны в книгах «Граница 41» и «Память. Брестский район». Немцы, не ожидавшие такого отпора, пустили в ход артиллерию и под прикрытием ее огня окружили заставу, повели в наступление танки. Когда стало понятно, что сдерживать далее превосходящего в числе противника невозможно, было принято решение выходить из окружения. В группе прикрытия осталось около 20 бойцов, ее возглавил политрук Сорокин. Вся она практически полностью погибла, тяжелораненые были захвачены в плен, и лишь горстке оставшихся в живых удалось отойти в направлении Лыщиц. Части бойцов  посчастливилось попасть в руки фельдшера Сорочинского, который в д. Чернавчицы организовал своего рода госпиталь. В числе тех, кого он лечил, был Петр Григорьевич Богомаз. Немцы узнали про лазарет и однажды ворвались во двор Сорочинского, но убедившись в том, что в сарае находятся только тяжелораненые, никого не убили, не тронули они и фельдшера. Позже он будет награжден медалью «За отвагу». Подлеченным бойцам Сорочинский помогал переправиться на фронт. Например, Богомаз вышел в расположение своих войск, затем влился в ряды «Смерша». Погиб во время боевых действий, могила его установлена и находится в одной из деревень Псковской области. Один из тех немногих пограничников Чилеевской заставы, кто смог до конца пройти Великую Оте-чественную войну, – старшина Максимов. В послевоенные годы он приезжал в наш район и встречался с военнослужащими пограничной заставы «Теребунь».

По словам Лидии Зиньковой, задуматься над тем, что же стало с прахом погибших при обороне Чилеевской заставы, ее побудила попавшаяся на глаза публикация Андрея Ефименко. Общеизвестно, что после боя местные жители с позволения оккупантов похоронили пограничников в нескольких братских могилах рядом с заставой, вернее, теми руинами, что от нее остались. Но действительно ли их останки в дальнейшем были перенесены в Мотыкалы, а затем в Чернавчицы? На памятном знаке, установленном над братской могилой в Чернавчицах, куда в середине 60-х свозили останки военнослужащих из разных населенных пунктов Прибужья с целью укрупнения воинского захоронения, имена погибших при обороне 5-й заставы, не значатся, хотя большинство из них были установлены свидетельскими показаниями местных жителей. Очевидцем перезахоронения из Б. Мотыкал в Чернавчицы является Лидия Ивановна Мартынюк: из окна амбулатории, где она работала акушеркой, женщина наблюдала  за тем, как на бывшее воинское кладбище приехали грузовики и люди в военной форме принялись грузить в них останки покоившихся в этой земле бойцов. Но к какому роду войск принадлежали погибшие воины, сколько их было – этого она не знает. Точной информации об этом нет и в Брестском военкомате. В списке перезахоронений воинов и партизан, проводившихся в Брестском районе, – лишь скупая строка с указанием населенных пунктов – «Мотыкалы — Чернавчицы» – и типа воинского захоронения – «братская могила», но ни имен бойцов, ни точной даты, когда осуществлялось перезахоронение, не имеется. Согласно данным военкомата, пограничники  5-й заставы перезахороненными в воинские захоронения Брестского района не числятся.

— Я не могла понять, почему в головах местных жителей засела мысль о том, что пограничники из Чилеево были перезахоронены в Мотыкалы, а вместе с ними и Семен Максимович Гриненко, – удивляется Лидия Александровна. – Скорее всего, они попросту перепутали их с воинами, погибшими при освобождении нашего района в 1944 году. Наступление на немцев, которое вела 55-я гвардейская дивизия, шло через Мотыкалы по старой «варшавке», через Заполье, Вельямовичи и Чилеево. Обусловлен такой маршрут был тем же бродом на Западном Буге, через который могла пройти советская техника. Во время боев в этих населенных пунктах погибло много солдат. Они были погребены на местных кладбищах, а затем частично перезахоронены в Чернавчицах в послевоенное время. Мысль о том, что кто-то из Чилеево был захоронен в Мотыкалах, могла быть связана и с комсоргом 55-й гвардейской дивизии П.А. Берцаном. Тяжело раненный в Чилеево,  он был доставлен в Большие Мотыкалы, где умер в госпитале.

Госпиталь в Больших Мотыкалах заслуживает отдельного разговора. Он был организован немцами в здании резервной погранзаставы и комендатуры после установления оккупационного режима и действовал на протяжении всей войны. Здесь лечили немецких раненых солдат, а умерших хоронили рядом со старой церковью, на месте которой сегодня находится школа.  Когда советская армия с освободительными боями в 1944 году пришла в Прибужье, немцы спешно отступили, оставив медоборудование, и госпиталь некоторое время использовался нашими частями. Так попал сюда тяжело раненный, но по спискам числившийся как погибший, Герой Советского Союза Василий Иванович Загороднев. После кончины похоронен на воинском кладбище. Над его могилой был установлен обелиск, где перечислены имена захороненных здесь бойцов. Этот памятник упоминается в публикации Андрея Ефименко, и там же сказано, что фамилии капитана Гриненко среди них не было. 

– Получается, что останки пограничников по сей день находятся в земле возле  Чилеевской заставы. Когда я сделала такое открытие для себя, не могла уснуть целую ночь, — с дрожью в голосе поделилась своими выводами Лидия Александровна. – Значит, эти юные мальчишки, отдавшие жизни за Родину в первый день войны, до сих пор не нашли упокоения.

Безусловно, заслуга автора и Александра Пичугина – внука Семена Максимовича Гриненко – велика: они обратили внимание общественности на судьбу воинского захоронения в Чилеево.  За это им хочется выразить слова благодарности. А на месте бывшей заставы нужно установить памятный знак. И это не только мое мнение, но и всех жителей нашего сельсовета.

Версия краеведа из Мотыкал, безусловно, имеет право на жизнь. Однако чтобы подтвердить ее истинность, нужны веские аргументы. Как отметил начальник группы соцзащиты и пенсионного обеспечения военного комиссариата г. Бреста и Брестского района Виктор Демчук, документов, подтверждающих или отвергающих данную версию, — в военкомате не имеется.

— Нет документально подтвержденной информации о том, где были захоронены пограничники, сражавшиеся в районе д. Чилеево, – подчеркнул Виктор Васильевич, — поэтому мы только можем предполагать, где покоится прах капитана Гриненко и других стражей границы, точный ответ могут дать только поисковые работы на этой местности.

И такие поисковые работы уже вскоре будут проводиться. Их инициировал  Республиканский совет ОО «Белорусский союз ветеранов органов пограничной службы». Несколько месяцев назад в Брестский военкомат поступили материалы о предполагаемом месте гибели и захоронения пограничников, на основе которых был оформлен информационный лист и направлено в Управление по увековечению  памяти защитников Отечества и жертв войны ходатайство о проведении поисковых мероприятий на территории бывшей 5-й пограничной заставы. В ближайшее время 52-й поисковый батальон сможет приступить к работам. И если все, кто владеет хоть какой-либо информацией о боях или местах захоронения погибших в первый день войны у д. Чилеево, окажут содействие поисковикам, возможно, удастся разгадать еще одну загадку в истории Великой Отечественной вой-ны на прибужской земле.

Алеся ПАШКЕВИЧ, фото автора

На фото: краевед Лидия Зинькова с председателем Мотыкальского сельского Совета Владимиром Леташковым 

 

МНЕНИЕ

Иван Иванович ЕФИМЕНКО, бывший начальник пограничной заставы «Теребунь»:

Поиском сведений об истории 5-й заставы я занимался на протяжении многих лет, вплоть до выхода на пенсию в 1989 году. Информацию собирал по всей округе, общался с местными старожилами, однако документов о перезахоронении чилеевских пограничников так и не нашел. Да, люди говорили о том, что их останки были перенесены на кладбище в Большие Мотыкалы. Но мне думается, что в Чилеево еще не все исследовано, нужно делать раскопки. Только вот стариков, которые могут подсказать поисковикам место захоронения пограничников, почти не осталось…

В 70-х годах мне довелось встретиться со старшиной заставы №5 Максимовым. Илья Петрович подробно рассказал об обстоятельствах боя Чилеевской заставы, но информацией о том, где покоятся останки пограничников из группы прикрытия, не владел. Ни словом не обмолвился и о капитане Гриненко,  как оказалось, ни ему самому, ни его товарищам не довелось увидеть Семена Максимовича.

 

Похожие новости

Create Account



Log In Your Account



Заказать звонок
+
Жду звонка!